Отсырел-таки порох в пороховницах

Премьеру программы "Вольнасць" ансамбля "Песняры" ждали. Кто с волнением, кто с опасением: уж слишком давно коллектив не показывал ничего нового. Премьера состоялась. Ничего нового показано не было.

Тематика новой программы, по слухам, прошедшая в Москве с аншлагом, слегка насторожила: тема казачества в последнее время приобрела явную политическую окраску. Жанр казацких песен известен в белорусском фольклоре с XVII века, хотя казачество в Беларуси никогда не имело корней, а образ казака в народных песнях всегда был иносказательным, обозначая просто вольного в мыслях и поступках человека. Чаще всего этот образ встречается не в собственно казацких песнях, а в бытовых. Все это нельзя расценивать как факт, не позволяющий "Песнярам" обращаться к данной теме. Свобода творческого выбора обратила в свое время "Песняров" к лирике Маяковского и Бернса. Казацкие песни – в этом же ряду, хотя с тем же успехом "Песняры" могли бы подготовить программу на фольклорные мотивы известного народа Севера...

Более всего огорчили аранжировки: коллектив был будто бы отброшен в начало 80-х, ибо все приемы мы уже слышали у тех же "Песняров" и порядком от них устали. Особенно досадными показались вокальные партии, которые прежде можно было называть "фирменными". Сегодня вокальная "пачка" ансамбля далеко не так вкусна и цельна. Разве что Игорь Пеня да Олег Козлович в сольных эпизодах показались достаточно убедительно. А вот у барабанщика Владимира Марусича пение просто не получается. Поет он никак.

В целом музыкальная сторона выглядела однообразно, а попытки сделать слушателям "хорошо", основанные на склеивании эстрадных ритмических структур с народным мелодизмом, производили впечатление неловкости и вообще отсутствия какой-то четко поставленной творческой цели. В результате звучали якобы народные песни с очевидным попсовым, "останкинским" налетом. Скажем, если у группы "Палац" прием исполнения в стиле "рэп" органично сочетается с общими принципами аранжировки, то в "песняровской" версии песни "Ты ж мяне падманула" рэп воспринимался явно как ария из иной оперы. Впрочем, в зале время от времени звучали кличи "любо!" да во время исполнения песни "Гуляй, казак!" к сцене вылетел некто в штатском и начал исполнять нечто среднее между рэпом и гопаком.

Наиболее показательным для всей программы было исполнение песни "Кармялюга", где в качестве припева вдруг зазвучало по-русски "Любо, братцы, любо..." Пахнуло китчем. Кроме того, зал насторожился, ибо образ атамана, с которым "не приходится тужить", сегодня в Беларуси читается однозначно.

Естественно, программа велась по-русски, как и принято в этом государственном белорусском коллективе. Сцена филармонии была оформлена совершенно никак, цветомузыка свелась к миганию десятка фонарей, напоминающему ПМГ, костюмы музыкантов блистали эклектичностью согласно проекту "спустя рукава". Но что обиднее всего: само исполнение было лишено и намека на естественность и выглядело как дежурная отработка плановой премьеры, обязательной для всех государственных творческих коллективов.

Одним словом, программа "Вольнасць" разочаровала. Второе отделение концерта полнилось "Вечерним звоном", "Дорогой длинною" и другими государственными белорусскими песнями.

В свое время "Песняры" были образцом для подражания. Сегодня это даже не музей, а архив, на почетных местах в котором значатся программы обрядового цикла и на стихи Купалы. Уверен в одном: программа "Вольнасць" уже очень скоро получит номер единицы хранения и навечно ляжет на полку. Ибо назвать ее творческой удачей можно разве что лишь по соображениям такта.

А казаки, говорят, всегда предпочитали правду...

Дмитрий ПОДБЕРЕЗСКИИ.

Прислал Иван Капсамун

Назад к списку статей